СЛУЖЕБНЫЙ ПОДЛОГ

Из зала суда 

Житель­ни­ца Акто­бе Люд­ми­ла Гиль­де­бранд при­зы­ва­ет гла­ву госу­дар­ства и гене­раль­но­го про­ку­ро­ра Казах­ста­на при­влечь к уго­лов­ной ответ­ствен­но­сти судью Алма­гуль Сул­тан­га­ли­е­ву.

Впро­чем, это не пер­вая жало­ба на нее. Года два-три назад к Нур­сул­та­ну Назар­ба­е­ву вслед за инве­сто­ра­ми из Гер­ма­нии и Арме­нии обра­тил­ся актю­бин­ский биз­нес­мен Вик­тор Писа­рен­ко. В част­но­сти, он писал о том, как рей­дер­ски захва­ты­ва­ют его биз­нес, кото­рый он стро­ил 25 лет. Попыт­ки вер­нуть его через судеб­ные орга­ны не уда­лись. Как цити­ро­ва­ла Писа­рен­ко мест­ная газе­та «Диа­па­зон», «судья Сул­тан­га­ли­е­ва, руко­вод­ству­ясь зако­ном, утра­тив­шим силу, реши­ла дело не в мою поль­зу. Кол­ле­гия област­но­го суда при­кры­ла негра­мот­ные дей­ствия судьи и напра­ви­ла мое дело в суд пер­вой инстан­ции на новое рас­смот­ре­ние». Пока суд да дело, биз­нес Писа­рен­ко ушел с молот­ка. Это к сен­тен­ци­ям нынеш­не­го пред­се­да­те­ля Вер­хов­но­го суда о том, как с лег­кой руки судей кош­ма­рит­ся казах­стан­ский биз­нес.
Судеб­ная систе­ма Актю­бин­ской обла­сти, пожа­луй, самая скан­даль­ная. В послед­ние годы не везет ей с вер­ши­те­ля­ми Феми­ды на самом высо­ком уровне: то один пред­се­да­тель обл­су­да дебо­ши­рит в злач­ном заве­де­нии и устра­и­ва­ет побо­ры на деле­ги­ро­ва­ние сво­их под­чи­нен­ных на форум судей в Аста­ну, то вто­рой попа­да­ет­ся на взят­ке, то тре­тий пишет в Вер­хов­ный суд «отказ­ную» от сво­ей долж­но­сти в свя­зи с тем, что про­тив него вос­ста­ли его вас­са­лы. При­чем заяв­ле­ние пишет до того, как комис­сия по эти­ке при ВС еще не завер­ши­ла свое рас­сле­до­ва­ние по про­вер­ке фак­тов, изло­жен­ных в жало­бе сво­их под­чи­нен­ных. Пом­нит­ся, скан­дал ока­зал­ся гро­мо­глас­ным бла­го­да­ря соц­се­тям.
Сло­вом, пра­во­су­дию в Акто­бе не поза­ви­ду­ешь. А что име­ют в «сухом остат­ке» граж­дане, обра­ща­ю­щи­е­ся к актю­бин­ской Феми­де?

Был у Люд­ми­лы Гиль­де­бранд род­ной брат – Сер­гей. Да скон­чал­ся. А перед этим ушла из жиз­ни их мать. Сер­гей, судя по ее заяв­ле­ни­ям и пока­за­ни­ям в судах, а так­же сви­де­тель­ству в судах знав­ших его, с 2012 года нигде не рабо­тал, зло­упо­треб­лял алко­го­лем и даже пере­нес инфаркт. Дав­ным-дав­но, когда его един­ствен­но­му сыну Дени­су было пять лет, раз­вел­ся с супру­гой. Но бла­го­да­ря Люд­ми­ле не терял свя­зи с сыном. Видел и общал­ся с ним тогда, когда на его дни рож­де­ния Дени­са при­гла­ша­ла сест­рен­ка. Но отно­ше­ния меж­ду род­ствен­ни­ка­ми, види­мо, напо­ми­на­ли ули­цу с одно­сто­рон­ним дви­же­ни­ем: Денис нико­гда не испы­ты­вал состра­да­ния к отцу. Даже тогда, когда он ока­зал­ся совер­шен­но бес­по­мощ­ным в опу­стев­шем после мате­ри доме. Из пока­за­ний в суде Люд­ми­лы, исти­цы (ответ­чик – ее пле­мян­ник Денис Алей­ни­ков): «Сра­зу же после смер­ти моей мате­ри, когда встал вопрос, кто будет про­жи­вать в доме вме­сте с моим бра­том, я про­си­ла ответ­чи­ка про­жи­вать в доме вме­сте с отцом, так как его отец пере­нес инфаркт, состо­ял на уче­те и стра­дал алко­голь­ной зави­си­мо­стью, на что ответ­чик Алей­ни­ков Денис отве­тил, что «он свою жизнь на алтарь жиз­ни его отца не поло­жит», и отка­зал­ся про­жи­вать вме­сте с отцом».
Но сто­и­ло похо­ро­нить отца, как Денис возо­мнил себя пра­во­пре­ем­ни­ком наслед­ства. Наслед­ство не хилое: жилой дом с земель­ным участ­ком, 66 при­ви­ле­ги­ро­ван­ных акций на лице­вом сче­те в АО «СНПС-Акто­бе­му­най­газ» со все­ми при­чи­та­ю­щи­ми­ся воз­на­граж­де­ни­я­ми, авто­ма­ши­на мар­ки «Лар­гус» 2013 года выпус­ка, 50 при­ви­ле­ги­ро­ван­ных акций в АО «Фри­дом Финанс».
Но ни суд пер­вой инстан­ции в лице судьи Сул­тан­га­ли­е­вой, ни апел­ля­ци­он­ная кол­ле­гия в лице ее пред­се­да­тель­ству­ю­ще­го Кана­пи­е­ва не дали оцен­ку тем дока­за­тель­ствам, что наслед­ство-то Сер­гей полу­чил в октяб­ре 2015 года неза­дол­го до сво­ей смер­ти от сво­ей мате­ри, ушед­шей в мир иной в мае того же года, и то, что с того момен­та и до самой смер­ти Сер­гея все рас­хо­ды по содер­жа­нию дома нес­ла исти­ца – его сест­ра.

Запи­си в тру­до­вой книж­ке Сер­гея Алей­ни­ко­ва о том, что с 2012 года он нигде не рабо­тал, дру­гих доку­мен­тов и сви­де­тель­ских пока­за­ний о том, что ника­ких лич­ных сбе­ре­же­ний и средств к суще­ство­ва­нию не имел, до смер­ти сво­ей мате­ри нахо­дил­ся на ее пен­си­он­ном ижди­ве­нии и за счет доб­ро­хот­ства сво­ей сест­ры Люд­ми­лы, что диви­ден­дов с акций ника­ких не было, они ста­ли посту­пать на его счет уже после его смер­ти, что воз­на­граж­де­ний с акций Сер­гей при жиз­ни не полу­чал, – суды пер­вой и апел­ля­ци­он­ной инстан­ций не при­ня­ли в каче­стве неопро­вер­жи­мых дока­за­тельств право­ты исти­цы. В том чис­ле и тот факт, что после смер­ти мате­ри она пода­ри­ла Сер­гею поло­ви­ну сво­ей доли в доме, кото­рую покой­ни­ца поров­ну раз­де­ли­ла по наслед­ству меж­ду доче­рью и сыном. Этот свой душев­ный порыв она объ­яс­ни­ла тем, что хоте­ла мораль­но под­дер­жать бра­та, ведь Сер­гей очень тяже­ло пере­жи­вал смерть мате­ри и ушел в запой. Вытас­ки­ва­ла его из алко­голь­но­го син­дро­ма опять же она: вызы­ва­ла «ско­рую», опла­чи­ва­ла лече­ние. Это все под­твер­жда­ет­ся сви­де­тель­ски­ми пока­за­ни­я­ми.
Пока Люд­ми­ла «мудо­ха­лась» с род­ным бра­том, его сын был в сто­роне. Тем не менее, вопре­ки нор­мам зако­на РК о бра­ке и семье, где чет­ко про­пи­са­но, что совер­шен­но­лет­ние дети вооб­ще-то обя­за­ны ока­зы­вать помощь сво­им боль­ным, пре­ста­ре­лым роди­те­лям, судья Сул­тан­га­ли­е­ва по сво­ей сове­сти и разу­ме­нию поста­но­ви­ла, что дово­ды исти­цы о том, что ответ­чик не ока­зы­вал мате­ри­аль­ной помо­щи и под­держ­ки отцу, сами по себе не могут являть­ся осно­ва­ни­ем для отстра­не­ния от насле­до­ва­ния. Апел­ля­ци­он­ная кол­ле­гия Актю­бин­ско­го обл­су­да под пред­се­да­тель­ство­ва­ни­ем Кана­пи­е­ва, ни на йоту не отсту­пив от реше­ния судьи Сул­тан­га­ли­е­вой, застол­би­ла: умер­ший Сер­гей Алей­ни­ков имел в соб­ствен­но­сти акции, авто­ма­ши­ну, что сви­де­тель­ству­ет о доста­точ­ном уровне его мате­ри­аль­ной обес­пе­чен­но­сти и что он не нуж­дал­ся в посто­рон­ней помо­щи вслед­ствие тяже­ло­го забо­ле­ва­ния, про­жи­вал в соб­ствен­ном доме и сам его содер­жал.
Но фак­ты гово­рят об обрат­ном. К сво­е­му сыну о том, что­бы он жил с ним после смер­ти мате­ри, он не обра­щал­ся, сты­дил­ся уни­зить­ся, но про­сил свою сест­ру Люд­ми­лу, что­бы она пере­да­ла Дени­су его прось­бу о том, что хотел бы жить с ним, чтоб он уха­жи­вал за отцом. Сын отка­зал отцу, что он под­твер­дил и в суде.
Это­му фак­ту суды обе­их инстан­ций Акто­бе не дали долж­ной ни пра­во­вой, ни мораль­но-нрав­ствен­ной оцен­ки. Как и тому, что непо­нят­но, на осно­ва­нии чего сде­ла­ли выво­ды о том, что Сер­гей Алей­ни­ков само­сто­я­тель­но про­хо­дил лече­ние от алко­голь­ной зави­си­мо­сти. Сви­де­тель­ские пока­за­ния гово­рят об обрат­ном: имен­но сест­ра покой­но­го посто­ян­но вызы­ва­ла неот­лож­ку, вози­ла его по боль­ни­цам и опла­чи­ва­ла его лече­ние. Но что пока­за­ния сви­де­те­лей, если кол­ле­гия обл­су­да счи­та­ет, что «дово­ды ист­ца о том, что судом в реше­нии иска­же­ны пояс­не­ния сви­де­те­лей, не вли­я­ют по суще­ству на реше­ние суда. Пояс­не­ния сви­де­те­лей не могут быть без­услов­ны­ми осно­ва­ни­я­ми для удо­вле­тво­ре­ния иска». То есть если сле­до­вать логи­ке судей Акто­бе и их интер­пре­та­ции зако­но­да­тель­ства, инсти­тут сви­де­тель­ских пока­за­ний мож­но отме­нить? Вопрос к пред­се­да­те­лю ВС и пар­ла­мен­ту РК.

Судья Сул­тан­га­ли­е­ва, по сло­вам Люд­ми­лы Гиль­де­бранд из ее обра­ще­ний к пре­зи­ден­ту РК, ген­про­ку­ро­ру и пред­се­да­те­лю ВС, не толь­ко не дала оцен­ку сви­де­тель­ским и иным пока­за­ни­ям в суде, а поз­во­ли­ла их под­ме­ну. К при­ме­ру, в ее поста­нов­ле­нии гово­рит­ся, что сви­де­тель Коню­шен­ко «виде­ла, как он (Сер­гей Алей­ни­ков – Ред.) ездил на рыбал­ку с дру­гом Шала­ба­е­вым, за рулем в основ­ном был Шала­ба­ев». Но аудио-видео­за­пись судеб­но­го засе­да­ния, когда давал пока­за­ния этот сви­де­тель, дока­зы­ва­ет, что она тако­го не гово­ри­ла. Точ­но так же в реше­нии судьи Сул­тан­га­ли­е­вой с ног на голо­ву пере­вер­ну­ты пока­за­ния дру­го­го сви­де­те­ля – С. Гав­ри­люк: яко­бы она «не зна­ет, нуж­дал­ся ли Алей­ни­ков в чем бы то ни было в послед­нее вре­мя… При этом точ­но зна­ет, что он при­об­рел новую авто­ма­ши­ну». Но аудио-видео­за­пись опро­вер­га­ет утвер­жде­ние судьи: таких пока­за­ний Гав­ри­люк не дава­ла.
О подоб­ных ляпах по нару­ше­ни­ям судьей Сул­тан­га­ли­е­вой при выне­се­нии поста­нов­ле­ния об отка­зе исти­цы Гиль­де­бранд по ее тре­бо­ва­нию при­знать ненад­ле­жа­щим наслед­ни­ком сына ее покой­но­го бра­та – Дени­са Алей­ни­ко­ва мож­но гово­рить дол­го. В том чис­ле о том, что она, удо­вле­тво­рив хода­тай­ство исти­цы о вызо­ве в суд сви­де­те­ля – кар­дио­ло­га Ера­ли­е­ву, не обес­пе­чи­ла ее явку в суд для дачи пока­за­ний. А ведь этот сви­де­тель мог под­твер­дить, что имен­но Люд­ми­ла при­во­зи­ла сво­е­го покой­но­го бра­та на лече­ние и что имен­но она опла­чи­ва­ла его лече­ние.

Но вер­нем­ся к сути обра­ще­ния Люд­ми­лы Гиль­де­бранд к пер­во­му лицу госу­дар­ства, руко­во­ди­те­лям ВС и Ген­про­ку­ра­ту­ры.
В обра­ще­ни­ях то и дело упо­ми­на­ет­ся некое уго­лов­ное дело, воз­буж­ден­ное по ее жало­бе в отно­ше­нии Дени­са Алей­ни­ко­ва. По нашей инфор­ма­ции, мать Люд­ми­лы и Сер­гея име­ла при­стра­стие к дра­го­цен­но­стям в виде золо­тых укра­ше­ний. После смер­ти Сер­гея, кото­рый жил с мате­рью, они про­па­ли. В кра­же Люд­ми­ла запо­до­зри­ла Дени­са с супру­гой. Одна­ко в ходе судеб­но­го про­цес­са по ее граж­дан­ско­му иску к нему, выяс­ни­лось, что уго­лов­ное дело, воз­буж­ден­ное по ее преды­ду­ще­му заяв­ле­нию в отно­ше­нии него в област­ной ДВД, поче­му-то рас­смат­ри­ва­ет­ся в Илек­ском ОП УВД г. Акто­бе. Есте­ствен­но, в ходе судеб­но­го про­цес­са по ее граж­дан­ско­му иску она хода­тай­ство­ва­ла об истре­бо­ва­нии мате­ри­а­лов это­го уго­лов­но­го дела. Более того, про­си­ла суд дать пра­во­вую оцен­ку фак­ту, когда ответ­чик, то есть Денис Алей­ни­ков, после смер­ти отца похи­тил из дома пра­во­уста­нав­ли­ва­ю­щие доку­мен­ты на иму­ще­ство отца – госре­ги­стра­цию пра­ва соб­ствен­но­сти на жилой дом, тех­ни­че­ский пас­порт на авто­ма­ши­ну «Лар­гус», 66 при­ви­ле­ги­ро­ван­ных акций КZ 1Р1590115 на лице­вом сче­те №F0016325301 в АО «СНПС-Акто­бе­му­най­газ» со все­ми при­чи­та­ю­щи­ми­ся воз­на­граж­де­ни­я­ми, 50 при­ви­ле­ги­ро­ван­ных акций в АО «Фри­дом Финанс» и даже сви­де­тель­ство о смер­ти отца. Увы, это­го не было сде­ла­но.
Но что инте­рес­но по уго­лов­но­му делу в отно­ше­нии Дени­са Алей­ни­ко­ва. Судья Сул­тан­га­ли­е­ва вро­де бы удо­вле­тво­ри­ла хода­тай­ство исти­цы об истре­бо­ва­нии мате­ри­а­лов уго­лов­но­го дела. Одна­ко, как пишет в сво­их обра­ще­ни­ях Люд­ми­ла Гиль­де­бранд, «из аудио-видео­за­пи­си судеб­но­го засе­да­ния вид­но, что 30.11.2017 г. в ходе судеб­но­го засе­да­ния судье Сул­тан­га­ли­е­вой ника­ких доку­мен­тов из вне не при­но­си­лось, мате­ри­а­лы граж­дан­ско­го дела в судеб­ном засе­да­нии вооб­ще не огла­ша­лись и при этом в реше­нии суда име­ет­ся ссыл­ка на ответ Илек­ско­го ОП УВД г.Актобе, из кото­ро­го сле­ду­ет, что «по заяв­ле­нию ист­ца Илек­ским ОП УВД г.Актобе ведет­ся досу­деб­ное рас­сле­до­ва­ние и окон­ча­тель­ное про­цес­су­аль­ное реше­ние по нему не при­ня­то».

Но в зда­нии Актю­бин­ско­го обл­су­да, види­мо, ору­ду­ет бара­баш­ка. В ответ на жало­бу исти­цы о том, когда и каким обра­зом ответ Илек­ско­го ОП УВД ока­зал­ся в мате­ри­а­лах дела, если он не был заре­ги­стри­ро­ван в кан­це­ля­рии и не был огла­шен в ходе судеб­но­го засе­да­ния, пред­се­да­тель кол­ле­гии обл­су­да Ермек Кана­пи­ев отве­тил: «Пись­мо Илек­ско­го ОП УВД г.Актобе посту­пи­ло в суд 30.11.2017 г. нароч­но, непо­сред­ствен­но судье и при­об­ще­но к мате­ри­а­лам дела без реги­стра­ции в кан­це­ля­рии суда». А и.о. пред­се­да­те­ля суда г.Актобе К. Сем­бе­ков сооб­щил: мате­ри­а­лы досу­деб­но­го рас­сле­до­ва­ния по заяв­ле­нию Гиль­де­бранд в отно­ше­нии Алей­ни­ко­ва направ­ле­ны в ДВД Актю­бин­ской обла­сти.
Тут воз­ни­ка­ют непо­нят­ки: о каком пись­ме идет речь – Илек­ско­го ОП УВД или Сем­бе­ко­ва? Судьи Сул­тан­га­ли­е­ва и Кана­пи­ев ссы­ла­ют­ся на пись­мо о веде­нии досу­деб­но­го рас­сле­до­ва­ния, по кото­ро­му не при­ня­то реше­ние, а Сем­бе­ков – на пись­мо, по кото­ро­му мате­ри­ал направ­лен в ДВД Актю­бин­ской обла­сти.
То есть, пишет Люд­ми­ла Гиль­де­бранд, судья Сул­тан­га­ли­е­ва, воз­мож­но, поль­зу­ясь покро­ви­тель­ством пред­се­да­те­ля кол­ле­гии Ерме­ка Кана­пи­е­ва, фак­ти­че­ски внес­ла в свое реше­ние заве­до­мо лож­ные све­де­ния, на осно­ва­нии кото­рых вынес­ла судеб­ный акт.

Тут воз­ни­ка­ет дру­гой вопрос: если не было реги­стра­ции пись­ма Илек­ско­го ОП УВД в кан­це­ля­рии, отку­да тот же судья Кана­пи­ев мог знать, что оно посту­пи­ло имен­но в день судеб­но­го засе­да­ния 30.11. 2017 года, имен­но нароч­но и имен­но судье Сул­тан­га­ли­е­вой?

Судеб­ное засе­да­ние в тот день нача­лось ров­но в 9 часов утра, по запи­сям в реги­стра­ци­он­ном жур­на­ле служ­бы «Кузет» в зда­ние суда никто из Илек­ско­го ОП не про­хо­дил. Каким же обра­зом пись­мо мог­ло попасть к судье? Если она полу­чи­ла его до это­го, то поче­му не огла­си­ла в ходе судеб­но­го засе­да­ния?

Но что еще важ­нее – в мате­ри­а­лах дела ока­за­лось пись­мо совер­шен­но дру­го­го содер­жа­ния.
О сомне­ни­ях Люд­ми­лы Гиль­де­бранд в под­лин­но­сти под­пи­сей долж­ност­ных лиц в неко­то­рых офи­ци­аль­ных доку­мен­тах – раз­го­вор осо­бый. Пола­гаю, этим долж­на занять­ся служ­ба внут­рен­ней без­опас­но­сти МВД. Судеб­ные тяж­бы Люд­ми­лы Гиль­де­бранд о при­зна­нии сво­е­го пле­мян­ни­ка Дени­са Алей­ни­ко­ва недо­стой­ным наслед­ни­ком и его отстра­не­нии от насле­до­ва­ния в актю­бин­ских судах обер­ну­лись пол­ным фиа­ско. Сле­ду­ю­щая инстан­ция – кол­ле­гия ВС РК.

Но, нель­зя ска­зать еще вот о чем. В ходе рас­смот­ре­ния ее жало­бы в апел­ля­ци­он­ной кол­ле­гии Люд­ми­ла заяв­ля­ла хода­тай­ство об отво­де все­му соста­ву судей этой инстан­ции. Но, как пишет она, при его огла­ше­нии пред­се­да­тель кол­ле­гии Кана­пи­ев пытал­ся вос­пре­пят­ство­вать ей, что­бы «таким обра­зом скрыть обсто­я­тель­ства, на кото­рые я ссы­ла­лась в обос­но­ва­ние отво­да ему и соста­ву суда от дру­гих участ­ни­ков про­цес­са».

При­чи­на, пожа­луй, в под­вод­ных рифах. Дело в том, что Ермек Кана­пи­ев (на фото) и еще один судья этой кол­ле­гии – под­пи­сан­ты заяв­ле­ния в отно­ше­нии пред­се­да­те­ля Актю­бин­ско­го обл­су­да Мурат­га­ли Аке­тая, кото­рый после раз­ра­зив­ше­го­ся скан­да­ла доб­ро­воль­но подал в отстав­ку. А Люд­ми­ла име­ла неосто­рож­ность еще до это­го обра­тить­ся в ВС с заяв­ле­ни­ем по сво­е­му делу, где, впро­чем, выска­за­лась в его под­держ­ку и с осуж­де­ни­ем дей­ствий судей-под­пи­сан­тов. Так что кто зна­ет, может, ей ее мне­ние и аук­ну­лось?
Сле­ду­ет ска­зать, свои обра­ще­ния к гла­ве госу­дар­ства и дру­гим санов­ным чинов­ни­кам, в чьем бла­го­род­стве и спра­вед­ли­во­сти она еще не разу­ве­ри­лась, Люд­ми­ла Гиль­де­бранд отпра­ви­ла еще в кон­це мар­та это­го года. Отве­тов пока нет. Вер­хов­ный суд отде­лал­ся отпис­кой. 17 апре­ля зав. сек­ре­та­ри­а­том кол­ле­гии по граж­дан­ским делам А Слам­бе­ко­ва отве­ти­ла: Вы впра­ве обра­тить­ся в ВС с хода­тай­ством о пере­смот­ре состо­яв­ших­ся по делу судеб­ных актов. При этом сосла­лась на обра­ще­ние Гиль­де­бранд, кото­рое она отпра­ви­ла в АП. Но ведь в АП Гиль­де­бранд обра­ща­лась по пово­ду при­вле­че­ния судьи Сул­тан­га­ли­е­вой к уго­лов­ной ответ­ствен­но­сти, а не по закон­но­сти или неза­кон­но­сти судеб­ных актов! В кон­це кон­цов, надо же отде­лять мух от кот­лет.
Поми­мо сво­ей прось­бы о при­вле­че­нии к уго­лов­ной ответ­ствен­но­сти судью Сул­тан­га­ли­е­ву, она про­си­ла напра­вить в Акто­бе рабо­чую груп­пу, кото­рая про­ве­ри­ла бы все ею изло­жен­ные фак­ты с ее лич­ным уча­сти­ем – соглас­но ста­тье 26 Кон­сти­ту­ци­он­но­го зако­на РК «О судеб­ной систе­ме и ста­ту­се судей Рес­пуб­ли­ки Казах­стан».
Но, види­мо, ни АП, ни ГП, ни ВС РК недо­суг. С МВД бы разо­брать­ся.

Жума­би­ке ЖУНУСОВА,
«D»

(медиа-про­ект «DAT» №35 (447) от 4 октяб­ря 2018 г.)

Республиканский еженедельник онлайн