БАЙГУШИ

«Обще­ствен­ная пози­ция»

(про­ект «DAT» №40 (404) от 02 нояб­ря 2017 г.

 

С интер­не­та по фай­лу


 

Что обще­го меж­ду казах­ски­ми «бай­гу­ша­ми»,

рус­ской дерев­ней и укра­ин­ским худож­ни­ком Т.Шевченко?

 

После «доб­ро­воль­но­го при­со­еди­не­ния» Казах­ста­на к Рос­сии каза­хи спол­на испы­та­ли на себе тяжесть коло­ни­аль­ной поли­ти­ки. Мас­со­вый захват земель, запре­ты на поль­зо­ва­ние сено­кос­ны­ми уго­дья­ми, поруб­ку леса, поль­зо­ва­ние круп­ны­ми источ­ни­ка­ми воды, на рыбо­лов­ство рез­ко ухуд­ши­ли каче­ство жиз­ни казах­ских пле­мен и родов.

 

С них нача­ли взи­мать­ся новые нало­ги – ясак, ремонт­ный сбор (по одной голо­ве с каж­дой сот­ни ско­та), сбор с бай­гу­шей (50 копе­ек в месяц). Губи­тель­ны­ми для аулов были так назы­ва­е­мые «воин­ские поис­ки» – кара­тель­ные экс­пе­ди­ции.

Вот как опи­сы­ва­ет «бай­гу­шей» Е.Бекмаханов в сво­ей кни­ге

«Казах­стан в 20–40-е годы XX века» (стр. 88–89): «Самую пау­пе­ри­зо­ван­ную часть каза­хов состав­ля­ли бай­гу­ши. Бай­гу­ши (по-казах­ски – бай­ғұс зна­чит бед­няк) – это обед­нев­шая часть каза­хов, в поис­ках зара­бот­ной пла­ты ухо­див­шая к при­ли­ней­ным ста­нич­ным каза­кам. В пер­вой поло­вине XIX в. они состав­ля­ли зна­чи­тель­ную груп­пу. По дан­ным Арте­мье­ва, толь­ко лишь по одно­му Млад­ше­му жузу они состав­ля­ли око­ло 20 тыс. душ обо­е­го пола. Бай­гу­ши, за ничтож­ную пла­ту нани­ма­ясь к при­ли­ней­ным зажи­точ­ным каза­кам, пас­ли их скот, паха­ли зем­лю и справ­ля­ли раз­лич­ные виды домаш­ней рабо­ты. Часть бай­гу­шей рабо­та­ла на рыбо­лов­ных про­мыс­лах. Кро­ме того, неко­то­рые бай­гу­ши оста­ва­лись при баях и рабо­та­ли в каче­стве домаш­них ремес­лен­ни­ков.

О поло­же­нии таких бай­гу­шей один из оче­вид­цев писал: «В дру­гой кибит­ке вы уви­ди­те, как поодаль от огня, бли­же к две­ри сидит, под­жав ноги, на голой зем­ле, пожи­лой бай­гуш (бед­няк) и за кусок мяса тянет боль­шой швей­ной суро­вой нит­кой без­об­раз­ные сапо­ги, про­ка­лы­вая напе­ред кожу шилом. Изо­рван­ная джа­ба­га и заса­лен­ная тюбе­тей­ка гово­рят о его бед­но­сти, зани­ма­е­мое в кибит­ке место сви­де­тель­ству­ет о его ничто­же­стве. Меж­ду тем, в глу­бине кибит­ки, око­ло нагро­мож­ден­ных сун­ду­ков, на бухар­ских оде­я­лах поко­ит­ся сам хозя­ин, в шел­ко­вом беш­ме­те, в одной руке у него табач­ный рог, а дру­гой он важ­но погла­жи­ва­ет боро­ду».

Один из казах­ских поэтов (Шор­тан­бай) в сле­ду­ю­щих стро­фах харак­те­ри­зо­вал тяже­лое поло­же­ние казах­ских бед­ня­ков:

Тяже­ло у нас бед­ня­ку:

При зимов­ке он круг­лый год.

Роет летом бед­няк ары­ки,

Вплоть до осе­ни сено гре­бет,

День и ночь рабо­та­ет он

И не зна­ет чем про­жи­вет,

Веч­но голо­ден, гол, разут,

Нет покоя от тяже­лых забот.

 

Теперь что каса­ет­ся рос­сий­ской дерев­ни Бай­гу­ши, кото­рая нахо­дит­ся все­го в 11 км от древ­не­го рус­ско­го горо­да Вла­ди­ми­ра.

Мест­ные жите­ли не зна­ют, отку­да про­изо­шло назва­ние дерев­ни, ско­рее все­го от быв­ших хозя­ев дан­ных земель – фин­но-угор­ских пле­мен, а, воз­мож­но, от тюрк­ских наро­дов, напри­мер, сло­во «бай­гуш» встре­ча­ет­ся и в баш­кир­ском язы­ке. Кто зна­ет, воз­мож­но, наши соро­ди­чи добра­лись до земель, кото­рые нахо­дят­ся неда­ле­ко от самой Моск­вы?

А. И. Лев­шин в сво­ем «Опи­са­нии кир­гиз-каза­чьих или кир­гиз-кай­сац­ких орд и сте­пей», то есть казах­ских сте­пей в 1832 году пишет о том, что «…В заклю­че­ние ска­жем о при­вя­зан­но­сти кир­ги­зов к сво­е­му оте­че­ству или, луч­ше ска­зать, к зем­ле сво­ей. Бла­го­ра­зум­ней­шие из них очень чув­ству­ют, что без­на­ча­лие и раз­до­ры дол­го еще не поз­во­лят им насла­ждать­ся бла­го­ден­стви­ем народ­ным, но все хотят луч­ше тер­петь, неже­ли оста­вить те места, на кото­рых роди­лись и взрос­ли, тот образ жиз­ни, к кото­ро­му при­вык­ли.

Прав­да, что несколь­ко тысяч киби­ток вынуж­де­ны были навсе­гда перей­ти из сте­пей сво­их в пре­де­лы Рос­сии; мно­же­ство бед­ных, или так назы­ва­е­мых бай­гу­шей, и теперь пере­хо­дят внутрь гра­ниц наших, но боль­шая часть их, невзи­рая на спо­кой­ствие, кото­рым теперь поль­зу­ют­ся, и на богат­ства, кото­рые при­об­ре­ли в Рос­сии, жела­ют воз­вра­тить­ся на Роди­ну.

Посе­лен­ные меж­ду баш­ки­ра­ми, бес­пре­стан­но бега­ют за гра­ни­цу; бай­гу­ши, живу­щие у рус­ских в работ­ни­ках, нажив что-нибудь поря­доч­ное, спе­шат к сво­им сооте­че­ствен­ни­кам в орды; из 7 или 8 000 киби­ток, водво­рив­ших­ся в Аст­ра­хан­ской губер­нии, почти тре­тья доля в 1820 году воз­вра­ти­лась (в 1824 году кир­ги­зы сии вто­рич­но пере­шли в Аст­ра­хан­ские сте­пи) в преж­ние коче­вья.

Мы не мог­ли без осо­бен­но­го удо­воль­ствия смот­реть на сих послед­них, когда они пере­шли чрез Урал, и, сту­пив на оте­че­ствен­ный берег свой, пры­га­ли от радо­сти и цело­ва­ли зем­лю…».

Что каса­ет­ся укра­ин­ско­го худож­ни­ка Тара­са Гри­го­рье­ви­ча Шев­чен­ко, ему в 1847 году «под стро­жай­шее наблю­де­ние началь­ства» запре­ща­лось писать и рисо­вать до само­го окон­ча­ния ссыл­ки, кото­рый про­хо­дил на тер­ри­то­рии Казах­ста­на. Но бла­го­да­ря ему оста­лись и несколь­ко рисун­ков, каса­ю­щих­ся казах­ских «бай­гу­шей».

Вот такая исто­рия, в кото­ром пере­пле­те­ны казах­ские «бай­гу­ши», рус­ская дерев­ня и вели­кий сын укра­ин­ско­го наро­да Тарас Шев­чен­ко!

Yvision.kz

 

 


 

Республиканский еженедельник онлайн