fbpx

Экономика Казахстана: РЕФОРМАЦИЯ или ДЕФОРМАЦИЯ

Выс­шие чины стра­ны с пеной у рта докла­ды­ва­ют гла­ве госу­дар­ства и миро­во­му сооб­ще­ству: эко­но­ми­ка Казах­ста­на рас­тет еже­год­но. Одна­ко пара­докс: при этом «росте» про­сто­му наро­ду ста­но­вит­ся все тяже­лее жить. С одной сто­ро­ны, чинов­ни­ки, по-сво­е­му, пра­вы: по офи­ци­аль­ной ста­ти­сти­ке, есть рост эко­но­ми­ки, если рас­смат­ри­вать ее в целом. С дру­гой, при деталь­ном ана­ли­зе, – в струк­ту­ре эко­но­ми­ки наблю­да­ет­ся очень боль­шой пере­кос. Наша эко­но­ми­ка мало того, что экс­тен­сив­на, она «без­жиз­нен­на». Об этом пред­ла­га­е­мая ниже автор­ская ста­тья.

Через несколь­ко дней Казах­стан будет отме­чать день Пер­во­го пре­зи­ден­та стра­ны. Несо­мнен­но, в этот празд­нич­ный день прой­дут тор­же­ствен­ные меро­при­я­тия по всей стране. Будут зву­чать сло­ва поздрав­ле­ний, речи госу­дар­ствен­ных дея­те­лей пест­реть дости­же­ни­я­ми в сфе­ре соци­аль­но-эко­но­ми­че­ско­го раз­ви­тия и пла­на­ми на буду­щие, еще более зна­чи­мые побе­ды, дости­же­ния и вели­кие свер­ше­ния во бла­го наро­да Казах­ста­на.

Конеч­но, будут и тор­же­ствен­ные речи о новых рефор­мах пре­зи­ден­та. Куда ж без них? Мало ли у нас было реформ за годы неза­ви­си­мо­сти, о кото­рых сего­дня даже не вспо­ми­на­ют. А неко­то­рых даже сты­дят­ся. Из-за боль­шо­го чис­ла госу­дар­ствен­ных про­грамм, кото­рые рож­да­ют­ся в нед­рах Акор­ды и кото­рые не каж­дый госу­дар­ствен­ный слу­жа­щий упом­нит, впо­ру гово­рить не о рефор­ма­ции, а дефор­ма­ции эко­но­ми­ки.
Сколь­ко госу­дар­ствен­ных про­грамм сего­дня реа­ли­зу­ет­ся в Казах­стане, воз­мож­но, могут отве­тить в наших мини­стер­ствах. Но не факт.

Навскид­ку мож­но, по мень­шей мере, пере­чис­лить поряд­ка пят­на­дца­ти-восем­на­дца­ти гос­про­грамм, реа­ли­зу­е­мых в насто­я­щее вре­мя яко­бы во бла­го наро­да Казах­ста­на: это – про­грам­мы инду­стри­аль­но-инно­ва­ци­он­но­го раз­ви­тия, инфра­струк­тур­но­го раз­ви­тия, жилищ­но­го стро­и­тель­ства, раз­ви­тия агро­про­мыш­лен­но­го ком­плек­са, под­держ­ки и раз­ви­тия биз­не­са, циф­ро­ви­за­ции, раз­ви­тия реги­о­нов, раз­ви­тия сфе­ры услуг, раз­ви­тия про­дук­тив­ной заня­то­сти и мас­со­во­го пред­при­ни­ма­тель­ства, раз­ви­тия обра­зо­ва­ния и нау­ки, раз­ви­тия здра­во­охра­не­ния, раз­ви­тия и функ­ци­о­ни­ро­ва­ния язы­ков, по про­ти­во­дей­ствию рели­ги­оз­но­му экс­тре­миз­му и тер­ро­риз­му, при­вле­че­ния инве­сти­ций, экс­пор­та и т.д.

А ведь, кро­ме госу­дар­ствен­ных про­грамм, тре­бу­ют сво­е­го испол­не­ния раз­лич­ные стра­те­ги­че­ские пла­ны раз­ви­тия, наци­о­наль­ные пла­ны, опе­ра­ци­он­ные пла­ны и даже про­сто еже­днев­ные или еже­не­дель­ные рабо­чие пла­ны. А есть еще пору­че­ния: отдель­ные пору­че­ния, осо­бые пору­че­ния выше­сто­я­щих госу­дар­ствен­ных орга­нов и руко­во­ди­те­лей этих самых выше­сто­я­щих госу­дар­ствен­ных орга­нов.
Госу­дар­ствен­ные слу­жа­щие не то, что­бы испол­нить, не все­гда про­чи­тать их успе­ва­ют. Но если на цен­траль­ном уровне чинов­ни­чий аппа­рат худо-бед­но успе­ва­ет отпи­сать­ся (имен­но отпи­сать­ся, а не испол­нить) о про­де­лан­ной рабо­те, то пред­став­ля­е­те, что тво­рит­ся на мест­ном уровне?

Пред­ставь­те: все эти госу­дар­ствен­ные про­грам­мы, стра­те­гии, пла­ны и пору­че­ния спус­ка­ют­ся в сель­ский или посел­ко­вый аки­мат, где все­го три-четы­ре спе­ци­а­ли­ста, вклю­чая аки­ма, для испол­не­ния. И что уди­ви­тель­но, они «испол­ня­ют», пото­му что по-дру­го­му быть не может. По-дру­го­му они не будут здесь рабо­тать. Поэто­му про­грам­му могут не читать, но «испол­нить» они обя­за­ны. Дру­го­го им не дано. Тут, как гово­ри­ли бан­ди­ты в девя­но­стых, – без вари­ан­тов.

В резуль­та­те тако­го «испол­не­ния» и полу­ча­ет­ся не рефор­ма­ция, а дефор­ма­ция эко­но­ми­ки и обще­ствен­но­го созна­ния. Толь­ко кто вино­ват: мест­ный аким, кото­рый не успе­ва­ет испол­нять, или цен­траль­ные госу­дар­ствен­ные орга­ны вме­сте с пар­ла­мен­том, кото­рые не уста­ют писать, – оста­ет­ся откры­тым.

Такой пере­кос в сфе­ре госу­дар­ствен­но­го управ­ле­ния, когда вер­хи пишут, а низы не успе­ва­ют читать, пря­мым обра­зом отра­жа­ет­ся на каче­стве реа­ли­за­ции про­грамм­ных доку­мен­тов и, как след­ствие, отра­жа­ет­ся на раз­ви­тии эко­но­ми­ки стра­ны, то бишь на каче­стве жиз­ни про­сто­го наро­да.

Что­бы не быть голо­слов­ным отно­си­тель­но сте­пе­ни вли­я­ния бума­го­твор­че­ской рабо­ты на это самое каче­ство, обра­щусь к офи­ци­аль­ной ста­ти­сти­че­ской инфор­ма­ции.

Так, по дан­ным орга­нов ста­ти­сти­ки РК, на заре неза­ви­си­мо­сти – в 1991 году в струк­ту­ре вало­во­го внут­рен­не­го про­дук­та (ВВП) Казах­ста­на на долю про­мыш­лен­но­сти при­хо­ди­лось 27,2 про­цен­та, сель­ско­го хозяй­ства, не пове­ри­те, – 29,5, стро­и­тель­ства – 9,2, тор­гов­ли – 8,1.

Чего мы достиг­ли к 2018 году? По ито­гам 2017 года на долю про­мыш­лен­но­сти при­хо­дит­ся 26,8, сель­ско­го хозяй­ства, опять же не пове­ри­те, – 4,3, стро­и­тель­ства – 5,5 (и это при стро­я­щей­ся Астане!), тор­гов­ли – 15,9 про­цен­та.

Дру­ги­ми сло­ва­ми, мы ста­ли боль­ше тор­го­вать, но при этом мень­ше про­из­во­дить това­ров. Види­мо, воз­дух мож­но не толь­ко сотря­сать, но и про­да­вать. Пара­докс, если не ска­зать боль­шее, тор­гу­ем импорт­ным това­ром как сво­им. И все в шоко­ла­де, вер­нее – чинов­ни­чий аппа­рат.
Сель­ское хозяй­ство после деся­ти­ле­тий реформ, побед и новых свер­ше­ний дефор­ми­ро­ва­лось с 29,5 про­цен­та доли в ВВП в 1991 году до 4,3 про­цен­та в 2017-м. Но это сель­ское хозяй­ство. У отдель­ных, осо­бо про­дви­ну­тых спе­ци­а­ли­стов есть мне­ние, что аграр­ное про­из­вод­ство явля­ет­ся одним из отста­лых сег­мен­тов эко­но­ми­ки. А то, что казах­стан­ские агра­рии при­но­сят мил­ли­ар­ды дол­ла­ров не толь­ко в свой кар­ман, но и в бюд­жет таких «отста­лых» в сво­ем раз­ви­тии стран, как Кана­да, Австра­лия, США, отдель­ные ана­ли­ти­ки или пред­по­чи­та­ют умал­чи­вать, или же про­сто об этом не зна­ют.

Обра­тим­ся к про­мыш­лен­но­сти. На пер­вый взгляд, дела здесь обсто­ят намно­го луч­ше. Так, соглас­но офи­ци­аль­ной ста­ти­сти­ке, доля про­мыш­лен­но­сти в ВВП стра­ны в 2017 году соста­ви­ла 26,8 про­цен­та про­тив 27,2 в 1991 году. То есть сни­зи­лась все­го на 0,4 про­цент­ных пунк­тов.

Учи­ты­вая раз­вал про­мыш­лен­но­сти и раз­рыв эко­но­ми­че­ских свя­зей на пер­вом эта­пе пост­со­вет­ско­го пери­о­да, это мож­но даже счи­тать успе­хом и зане­сти в актив бес­смен­но дей­ству­ю­щей вла­сти. Кста­ти, бес­смен­ность в эко­но­ми­че­ском ана­ли­зе име­ет свои пре­иму­ще­ства. Рас­смат­ри­вая раз­ви­тие эко­но­ми­ки в дина­ми­ке эдак лет за трид­цать, не надо делать поправ­ки на изме­не­ние поли­ти­че­ской ситу­а­ции и вли­я­ние фак­то­ра при­хо­да к вла­сти в стране новых лиц.

Так вот, рас­смат­ри­вая струк­ту­ру про­мыш­лен­но­го про­из­вод­ства РК, необ­хо­ди­мо отме­тить пре­об­ла­да­ние в 1991 году обра­ба­ты­ва­ю­ще­го сек­то­ра, то есть там, где полу­ча­ют не толь­ко про­дук­цию более высо­ких пере­де­лов с добав­лен­ной сто­и­мо­стью, но и преж­де все­го допол­ни­тель­ные рабо­чие места, зна­ния и тех­но­ло­гии.
Так, доля обра­ба­ты­ва­ю­ще­го сег­мен­та про­мыш­лен­но­сти в общем объ­е­ме про­мыш­лен­ной про­дук­ции в 1991 году состав­ля­ла 83,4 про­цен­та про­тив 41,2 в 2017 году. При этом доля про­из­вод­ства про­дук­тов пита­ния в 1991 году в общем объ­е­ме обра­ба­ты­ва­ю­щей про­мыш­лен­но­сти дости­га­ла 35,2 про­цен­та, лег­кая про­мыш­лен­ность – 15,9 про­цен­та про­тив 16,2 и 1 про­цен­та соот­вет­ствен­но в 2017 году.

Если это не дефор­ма­ция эко­но­ми­ки в сто­ро­ну при­ми­ти­виз­ма, то, как гово­рил один клас­сик совет­ской лите­ра­ту­ры, «може­те плю­нуть мне в лицо, если, конеч­но, ты сам не вер­блюд».

Одна­ко спра­вед­ли­во­сти ради сле­ду­ет отме­тить, что 41,1 про­цен­та обра­ба­ты­ва­ю­ще­го сек­то­ра в общем объ­е­ме про­мыш­лен­но­го про­из­вод­ства тоже не мало. Отку­да же берет­ся столь высо­кая доля обра­ба­ты­ва­ю­щей про­мыш­лен­но­сти при незна­чи­тель­ном при­сут­ствии соб­ствен­ных про­мыш­лен­ных това­ров, про­дук­тов пита­ния и одеж­ды?

Ста­ти­сти­ка под­ска­зы­ва­ет: дефор­ма­ция про­мыш­лен­но­сти про­ис­хо­дит за счет уве­ли­че­ния доли метал­лур­ги­че­ской отрас­ли, кото­рая дости­га­ет 43,4 про­цен­та в 2017 году про­тив 15,2 про­цен­та в 1991-м в общем объ­е­ме обра­ба­ты­ва­ю­щей про­мыш­лен­но­сти. То есть наша обра­ба­ты­ва­ю­щая про­мыш­лен­ность дер­жит­ся в основ­ном за счет про­из­вод­ства чугу­на, ста­ли, фер­ро­спла­вов и про­ка­та. Той про­дук­ции, кото­рая не мно­гим отли­ча­ет­ся от сырье­вых ресур­сов.

В этой свя­зи напра­ши­ва­ет­ся вывод: совре­мен­ная эко­но­ми­ка Казах­ста­на дер­жит­ся не на про­во­ди­мых рефор­мах, а на про­да­же сырье­вых ресур­сов. Фак­то­ра­ми устой­чи­во­го эко­но­ми­че­ско­го раз­ви­тия стра­ны явля­ет­ся про­из­вод­ство и про­да­жа неф­ти, угля и метал­лов. Так, к при­ме­ру, доля гор­но­до­бы­ва­ю­щей про­мыш­лен­но­сти в общем объ­е­ме про­мыш­лен­но­сти Казах­ста­на с 10,3 про­цен­та в 1991 году воз­рос­ла до 50,8 про­цен­та в 2017-м.

Доля пер­вич­но­го сек­то­ра про­мыш­лен­но­сти в общем объ­е­ме про­мыш­лен­но­го про­из­вод­ства в раз­ви­тых стра­нах состав­ля­ет 8–12 про­цен­тов, в стра­нах с пере­ход­ной эко­но­ми­кой 15–20, в раз­ви­ва­ю­щих­ся стра­нах 30–50 про­цен­тов. Учи­ты­вая дан­ные про­пор­ции, Казах­стан труд­но отне­сти к стра­нам с пере­ход­ной эко­но­ми­кой. Ему бы удер­жать­ся в груп­пе стран с раз­ви­ва­ю­щей­ся эко­но­ми­кой. А для это­го, может, хва­тит на-гора при­ни­мать раз­лич­ные госу­дар­ствен­ные про­грам­мы, стра­те­гии, пла­ны и «кош­ма­рить» рядо­вых госу­дар­ствен­ных слу­жа­щих. Тем более, что тол­ку от это­го мало.

Данат ШАРИП

Республиканский еженедельник онлайн